У Горного Алтая есть все данные, чтобы стать российской (а в перспективе - и мировой) Меккой активного туризма.
Алтайский
ландшафт неслыханно многолик. Примечательная черта горного края в том, что знойная
степь здесь не гнушается соседством с "черной"тайгой. Хвойные леса, в свою
очередь, вплотную соприкасаются со студеной вечностью ледников. Как бы то ни
было, но лишь активному туризму по силам покуситься на все ипостаси Алтая сразу.
Именно мобильность гарантирует переполнение впечатлениями, а чередование кадров
не даст заскучать, пресытиться красотами.
Здоровый образ жизни и активный туризм дружат искренне
Алтайские турфирмы уповают на то, что здоровый образ жизни все увереннее укореняется
в сознании нации, ведь равносильной альтернативы для повышения качества жизни
ему, по сути. нет.
Впрочем, организаторы активного туризма ждать, когда клиент созреет, не собираются.
Играя в деле воспитания на опережение, не дожидаясь попутного ветра, они способствуют
оздоровлению общества, и не только телесному. В окрепшем теле хворому духу неуютно,
и туристу ничего иного не остается, как оживиться. Тот, кто побывал в походе
хоть раз, попадает в неизлечимую зависимость от него. Однажды вдохнувший горный
аромат горожанин жаждет поскорее еще раз испытать эти ощущения, и лежкой врастяжку
на пляже его уже не переманишь.
Оптимизм
"активщиков"обоснован. "Походная популяция на Алтае с каждым годом только множится - факт!", - заверяют алтайские эксперты. Выходит, что маховик по имени "Активный
туризм - в массы"уже раскручен. Поэтому алтайские "активщики"уверенно смотрят
в будущее, готовясь не только обходительно принять приливную волну туристов,
но и не дать ей безвозвратно отхлынуть. Хотя резервы и сейчас немалые. Так,
алтайские турфирмы уже сегодня могут принять в четыре раза больше гостей. Имеющиеся
инструкторские силы и запасы походной оснастки позволяют это сделать.
Пополнение туристского потока прогнозирует бесстрастная статистика: река,
несущая "активных", читайте - истинных путешественников, на Алтай, ширится год
от года. Активных туров теперь больше, и они стали разнообразнее. Выбор местных
операторов так же широк - счет теперь идет на десятки.
Алтай - это край, где реален туристический рай
Алтай славится своей универсальной "турпригодностью". Здесь успешно прижились
многие виды туризма, а процветать могут фактически все мыслимые. Потому как
можно быстро и с удобствами добраться почти в любой уголок этого горного края.
Так, подбираться к изрядно "тряской"Средней Катуни предстоит по гладкому Чуйскому
тракту. Притом учтите, что названный отрезок реки безлюден. Доступность любого
района делает скорой и эвакуацию, случись в ней нужда.
Взять для сравнения соседнюю Хакасию. Местные реки понравятся рафтерам и рыбакам,
тайга удивит дикостью, но подступиться к ним дано лишь наскоком с неба.
Улыбается Алтай и альпинистам. Чтобы скалолаз здоровым и бодрым мог взойти
на его крышу - гору Белуха (4506 м), уже начиная от се подножия раскинулась
сеть высотных стоянок - альплагерей. Словом, "могущественная и на вид неприступная
природа Горного Алтая на деле сделала все, чтобы быть достаточно доступной,
и будет большой оплошностью не принять этот подарок", - говорят знатоки алтайского
туризма.
Кстати сказать, активный маршрут признается тем престижнее, тем претенциознее,
чем дальше он удален от мест, напоминающих о существовании человеческой цивилизации.
Текущая же обстановка такова, что пальму первенства по востребованности захватили
и уверенно, с запасом, удерживают три варианта походов: водные, конные и пешие.
Расскажем о каждом из них.
Рафтинг - это разнообразие радостей и единство противоположностей
Проворнее прочих на Алтае продвигается водный туризм - сплавы по горным рекам
прежде всего в накачанных воздухом лодках с "дышащим"дном - рафтах. Для массового
рафтинга природа, прежде других рек, предлагает Катунь. Главная водоносная жила
Горного Алтая сочетает в себе, как может показаться, несовместимое: необузданность
стихийного бедствия и по-женски грациозную плавность течения. Да и сам водный
поход проникнут неожиданной для непосвященного двойственностью: возможностью
всласть насмотреться на скальные виды и быть взятым в оборот бескомпромиссными
нагрузками.
Спортивный характер рафтера вытекает из необходимости то и дело "включаться",
инвестируя все силы (а порой и душу) в лопасть весла. В придачу к спринтерской
прыти от гребца требуется выдержка стайера. Запрячь в одну упряжку тигра и буйвола - дело, известно, нелегкое. Так, на порогах или на "штатных"быстринах - шиверах
рафтеры "взрываются", спешно уворачиваясь от столкновения с выросшей из реки
глыбой. Если группа действовала умело и дружно и выложилась полностью, через
пару дней на ее пути все чаще станут разливаться "болота" - сравнительно застойные
отрезки реки. Здесь и настает черед выносливости.
Эта же способность поможет высидеть па широком, но твердом и мокром борту несколько
часов кряду. Но не торопитесь увязать усидчивость со скукой: вместе с туристами
в рафте "идет"всегдашнее ощущение опасности. Адреналин уже сам по себе опьяняет.
Он же несказанно облегчает экстренную работу. Последний лентяй, оказавшись зажатым
в рафте посреди взбесившейся тяжести воды, подивится своей прыти. Все отзывы
уставших от городской толкотни и конторской гонки людей сводятся к одному: ожидали
насмерть заскучать и насквозь продрогнуть в виниловом корыте, а через неделю
выбрались на берег ошарашенными серией сильнейших душевных шоков, слившихся
в единый, доселе неведомый им антистресс.
Как вкусить воды на Алтае, или Про водные ступени
Нужно сказать, что хлебнуть алтайской водицы по полной никому не позволят. Мы
говорим о туристах культурных, то есть осознающих, что дикарям сюда лучше не
соваться. Для затравки новичкам посоветуют отведать Нижнюю Катунь. Могут заслать
и сразу на Среднюю, при условии, что их компания сильно разбавлена бывалыми.
Для начинающего и Средняя Катунь окажется всесторонней проверкой по принципу
"шутки в сторону".
Измерив силу Катуни в ее срединных границах, турист-водник вправе называть
себя подготовленным к тому, чтобы ему разрешили прочувствовать Чую. Чуйская
водица и мутнее, и холоднее, и быстрее катунской. На отрезке в сотню километров
река одно за другим выставляет технически сложные препятствия. Выгребаться из
западни надо не только и не столько смело, сколько умело. Наиболее вероломным
порогам Чуй даны имена Буревестник, Бегемот, Слаломный, Классический, Турбинный
и Горизонт. Имеющий воображение уловит в них намек на многое.
Наученный Чуей сплавщик считается готовым к походу Чулышман - Башкаус - высшей
мере на алтайских водных путях. Добавить здесь нечего, разве что сослаться на
слова ее переживших: "Это предел экстремального туризма. За ним - мокрая могила!"
Союз
коня и всадника
Отлично чувствуя человека, лошадка любого возраста при "обкатке"проявляет норов,
который должно сразу укротить, пояснив животине, что править в паре положено
все же человеку. Делают это с помощью повода. Его невежливо натягивают, а пятками
синхронно пришпоривают лошадь. На том знакомство и закончено. Дальше пойдет
так, как в жизни: вышесидящий погоняет, угнетенный везет. Заведомо неравноправное
партнерство и зовется союзом лошади и всадника.
К заупрямившемуся вдруг животному применяют прием "ноги в боки". Есть в арсенале
наездника и чумбур - тонкий канат. Его обвязывают вокруг шеи лошади, а при необходимости
подстегнуть используют на ходу как хлыст. На стоянке же он во всех случаях служит
веревкой для спутывания передних ног животного.
Обходя лошадь, особенно сзади, нелишне неизменно выдерживать "промежуток почтительности",
предупреждают специалисты. Некстати подвернувшийся под горячее (заметьте, стальное)
копыто будет сражен наповал. Зато сбоку можно приближаться к лошади почти не
трепеща.
Лягнуть может любая лошадь, и старая, и молодая, но брыкаться без причины она
все же не станет. А посему полезно знать, какие процедуры ей не по нраву. "Так,
не любит лошадь, когда на нее надевают седло или когда наездник уже в пути подтягивает
ремни - подпругу или подгрудник. И уж тем более ненавидит копытное, когда ему,
напялив узду, вкладывают в рот металлические стержни - удила", - раскрывают
подробности те же специалисты.
Где искать "активность"в конном походе
Во-первых, в седле нужно все же держаться, а это требует сноровки. На спусках
наездник, отклонившись назад, упирается ногами в стремена и "тормозит"коленями
о бока. При подъеме на перевал нужно постараться не выскользнуть из седла назад,
в пропасть. На этом трудности, необходимые для присвоения конному походу звания
"активный", пожалуй, иссякают. Езда верхом - все же не пеший поход, во время
которого, согнувшись под тяжеленным бременем, нужно выискивать устойчивую опору
среди шатких камней.
Всадник - раскрепощенный правитель, гордо восседающий на спине неспешно шагающей
лошади. Он, находясь неизменно выше воды, как бегущей, так и стоячей, сохраняет
ноги сухими, теплыми и не обремененными мозолями. Запах конского пота он уловит
лишь в лагере, где перво-наперво должен будет расседлать и стреножить четвероногого
друга. Спутанные передние ноги животных не помешают им за ночь упрыгать от стоянки
на приличное расстояние. А потому путнику не мешают спать ни топот и ржание
лошадей, ни угроза того, что они раздавят впотьмах палатку. Утром конюх на придержанной
для этого лошади ускачет в ближайшую долину искать заблудшую скотинушку.
В остроугольных алтайских горах лошадь - самое "вседорожное"средство передвижения.
Не станут преградой для верхового и болота. На Алтае есть все, и среди тверди
горных громад попадается мякоть укромных топей. Не забудьте и про то, что лошадь - существо умное: случись туристу, отстав, заблудиться, она привезет его к своим.
И кроме наездника на нее можно навьючить до 80 килограммов поклажи. Зато, в
какие кручи в силах взойти это животное, каких высот достичь! Таких, где солнце
еще светит, но уже не греет. И где даже в августе лежит снег. Главное, чтобы
погода во время похода была подходящая: не чересчур сырая и не слишком холодная.
А лошади сдюжат и не только завезут хоть куда, но и вывезут откуда хочешь.
"Пешка" звучит невесомо, тренирует достойно
Пешие походы придуманы для самых терпеливых. На провисшую между горами перемычку
перевала с увесистым вещмешком без стенаний восходят лишь самые упертые. Но
даже тот, кто проклял все и вся, в потных потугах ежесекундно жалея себя, и
все же переборол боль и теперь гордо, как орел, взирает с горы на мир, успел
вмиг забыть о тяготах восхождения. Будучи там, наверху, познавший мышечную радость
турист-пехотинец уже не ноет по поводу своих гудящих ног.
Свинцовая усталость скоро пройдет и останется только сладкая истома, признак
свершившейся закалки. На третье утро путник, пружиной выпрыгнув из палатки,
бодро, как заведенный, бросится в дорогу. Тем более что в "пешке"беспрерывно
тащить на себе рюкзак не придется. Для этого турфирмы исхитрились и изобрели
"радиальные выходы". Так назвали покорение окружных гор или схождение к подножным
озерам по одному из опорных "радиусов", спицами собирающихся в "ступице" - базовом
лагере.
Активный и экстремальный - где водораздел?
Под экстремальным походом в строгом смысле следует понимать тот, что угрожает
здоровью и жизни участников. "Беспредельные"туры лишены расписания и далеко
отклоняются от торных троп. Прописаны такие экспедиции заядлым, мытым-перемытым
туристам-водникам или суровым, как голые горы, восходителям. Эти храбрые зубры
и приходят взять за жабры строптивую реку или растоптать непокорную гору.
Все походы проводят под надзором спасательных служб. Однако за безоговорочную
безопасность участников бесшабашных операций, естественно, никто поручиться
не в силах. В отличие от поточных туров, после которых возвращение путников
невредимыми организатор гарантирует. Естественно, если они свято чтят технику
поведения в походе и безоглядно выполняют повеления инструктора.
И хотя многие активные туры называются экстремальными скорее из предупреждения,
дескать, не для хлюпиков они придуманы, разумная порция пограничных переживаний
в них неизменно есть. Что же до "экстрима"в том или ином походе, то это вопрос,
пожалуй, личного восприятия. Одного и Нижняя Катунь "укатает", а для психики
и физподготовки другого и Чулышмана будет мало.
Зачем в туре инструктор
В отличие от "матрасного"отдыха, где направляющие люди зовутся гидами, наставляющий
персонал в туризме активном зовется инструкторами. В самом названии должности
заключен ее смысл - обучение чему-либо. В общих чертах задача инструктора сводится
к тому, чтобы доходчиво донести до туриста технику владения лошадью, веслом
или велосипедом, а также помочь не запутаться в снаряжении, быстро воздвигнуть
и "по-научному"развернуть палатку, раздуть огонь, найти и наколоть дрова, словом,
научить по большей части городского пришельца жизни в глуши.
Идем дальше. Поход - дело совместное, а значит, действия каждой частицы коллектива
(оптимальное число участников 8-12 человек) должны быть слаженными, чтобы турист
смог почувствовать локоть попутчика. Так, инструктор следит, чтобы цепочка конников
чрезмерно не растягивалась, чтобы рафтер не греб "сам за себя"и чтобы все пехотинцы
сохранили силы до вершины.
Как готовят наставника
С первобытной природой шутки плохи, и спросит она при случае строго. Прежде
всего с инструкторов, как людей, обученных с ней обращаться. После теоретической
накачки молодые бойцы выходят в поле. В первый год из новичка выплавляют страхи
в горниле стажерства. На второй он на практике закрепляет тонкости науки. И
лишь на третье лето суд бывалых решает присвоить кандидату гордое наречение
"инструктор". Зеленому стажеру придется и в Катуни тонуть, и с коня быть не
раз больно сброшенным, и во мраке пещеры шалеть. Проверка лишениями оправданна:
лишь от прошедшего сквозь все передряги вождя можно ожидать правильной реакции
в нестандартной ситуации. Не забыта и сила слова, заставляющая прожженных охотнее
делиться с желторотыми обширным опытом. Но все равно походным волком на одних
советах не станешь - матерость наматывается с годами.
В принципе, даже старшим инструктором можно стать сразу, громко войдя и тихо
сказав: "Это я". Примут, конечно, только большое "Я", например мастера спорта
по каякингу. В чести и боги-альпинисты. То есть все те, кто доказал, что со
стихией он давно на ты.
Профессиональный - понятие глобальное
С лица воду не пить, и профи лишь по "избитому"виду не вычислить. Но навести
на хорошего наставника внешность человека может. Профессионализм инструктора
проявляется в незаметности его размышлений о направлении движения, если вдруг
возникает необходимость отклониться от невидимой нити маршрута;в невыставлении
наружу сомнений при выборе места стоянки;в техничности разбивки лагеря, учитывающей
и рельеф, и направление ветра, и прочие весомые мелочи. Инструктор-профи внушает
надежность, излучает силу и всегда выглядит невозмутимым. Не вписывающийся в
обрисованную картинку сопроводитель рискует напроситься на прямой вопрос бывалых
туристов: "А ты что здесь делаешь?"
Профессионализм инструктора не ограничивается мудростью штурмана, а потому
уже на бивуаке он должен раскрыться и как занимательный рассказчик, и как яркий
актер, а иногда и как пошлый шут. Все же в походе перерывы между "подходами" длятся дольше дела.
Если честно, из всех работников фирмы туристы только с инструктором и знаются,
по его труду они и оценят качество конторы. Проводник в активном туризме - личность
без обиняков цементирующая, кардинальная и даже культовая. Заслуженного учителя
и почитают подобающе, как божество. Повторно турист придет именно "на инструктора",
как когда-то ходили на Стрельцова или Третьяка.
Активный
тур - это трудно
Святость наставника, однако, не обещает туристу легкой жизни. Напротив, в походе
путнику предстоит познать радость мазохиста. Ведь смысл активной вылазки познается
лишь с преодолением препятствий. Отсюда и цель любого похода - дать человеку
прочувствовать трудности, Создавать их не надо, они устроены самой природой.
Кто хоть раз ходил в поход, тот знает, что природа - весьма суровый экзаменатор.
Кстати, и довольны туристы бывают обычно тем, что они пересилили себя, одолели
слабости и сомнения.
Говоря о дорожных тяготах, конечно же, не имеют в виду дефицит пищи или перспективу
околеть ночью в палатке. Удобства, создаваемые турфирмой в походе, как раз предполагают
отсутствие такого рода "экстрима". Никогда не простывающие щи на стоянке, хронически
сухая палатка, обволакивающие только теплом спальники, иссушающий любую сырость
костер, обед под тентом в дождь или пекло, горячительный кофе по пробуждении,
"автоматически"чистая посуда спозаранку и прочие приятные пустячки - вот это
и означает комфорт на природе.
Есть и другие прелести: прожигающая до кишок походная баня, лососевые, которых
ловкий выловит из ближайшей реки или озера, по-сибирски бурые грибы-боровики
или одурманивающие ароматом таежные ягоды. В общем, всех приятностей одним махом
не охватишь. Притом тактическая задача "создания всех условий"не перечит цели
стратегической - показать радость трудностей, а они должны быть, скажем так,
чисто спортивными. Ведь и для штангиста даже самый тяжелый вес должен прежде
всего "удобно лечь".
Константин КЛЮЕВ
Благодарим фирму "Ак-Тур"за предоставленные фотоматериалы.