Что надо знать коренному москвичу, чтобы стать в доску своим в Петербурге? Всего лишь 5 понятий.
До революции у Петербурга был лестный титул "окна в Европу"и "культурной столицы", намекающий, что Москва – вроде калитки в Азию и "столица некультурная". Тогда уязвленная Москва смотрела на высокомерный Питер с завистью, а Питер на Москву – с легким презрением. Теперь – все почти наоборот. Москва роскошна, стервозна и сентиментальна, чопорный Петербург тяжело переживает вторые роли. Самые известные петербуржцы давно осели в Москве, но по-прежнему сытую, холеную и космополитичную столицу противопоставляют менее лощеному, но высокодуховному и консервативному Петербургу. И хотя различия стираются, все же есть еще некоторые детали, которые в Петербурге возведены в культ. Не зная их, никогда не получится стать своим в городе на Неве. Итак, москвичи, знакомьтесь с главными отличительными чертами Петербурга и его обитателей.
Живая культураШпили золоченые, трубы закопченные, посередке Эрмитаж – это питерский пейзаж.
Отличительная особенность петербуржца от москвича в том, что москвич в центре города либо работает, либо гуляет, но так, без фанатизма, а петербуржец там живет. Всего в какой-нибудь сотне метров от всемирно известного городского дива бабушка выносит помойное ведро, дети бегут за хлебом, течет будничная непраздничная жизнь. Поэтому отношение к своему центру у петербуржца двойственное – он и пригляделся к нему, и гордится им. Причем чаще всего гордость за свой Санкт-Петербург возникает у настоящего горожанина, если надо этот город кому-то показать. Вот тогда из пыльных глубин памяти извлекаются на свет повадки завзятого экскурсовода, и петербуржец радостно таскает дорогих гостей по городу, как по собственной квартире, просвещает касательно истории и архитектуры. Современный москвич может любить исторический центр, а может и не подозревать о его наличии, но он редко себя настолько полно ассоциирует с этим местом.
Метро
С недоброй памяти постановления Собчака, питерское метро работает до 12 часов ночи, а в полночь оно превращается в тыкву. Поэтому безлошадный петербуржец по умолчанию планирует свои дела и радости до полуночи, особенно когда начинают разводить мосты и силами наземного транспорта справиться уже никак нельзя. Неоднократно москвичи попадались в эту ловушку.
Встречаясь в метро, петербуржцы, как правило, ждут друг дружку у эскалатора или на выходе, чтоб спокойно покурить, пока вы будете опаздывать. Максимум – уточнят название станции, чтобы знать, что встречаемся на "Владимирской", а не на "Достоевской". Истинный москвич, как само собой разумеющееся, знает, что "встреча в метро"– это "в центре зала", и потому возможны всякие недоумения и непонятки. Ленивый петербуржец весьма неохотно полезет искать вас под землю: во-первых, вы можете разминуться, во-вторых, жалко тратить жетончик. К слову, питерское метро, по сравнению с московским, невелико, и масса уголков Питера располагается в зонах, куда метро просто не может дотянуться. "Далеко от метро"по-московски – это в трех-четырех остановках наземного транспорта. То же расстояние по-питерски называется "почти рядом". "Далеко"– это не менее 20 минут на маршрутке без учета пробок.
Корюшка
Каждой весной в городе начинается беспокойное ожидание корюшки. Корюшка – это маленькая рыбка, дальний и бедный родственник лосося, с серебристым телом, по спинке – зеленые искорки, пахнет свежим огурцом, чистить ее почти не нужно, а на вкус она нежна и приятна. По весне корюшка приходит на нерест в Неву и Финский залив, и в это время обильно кормит не только прочих рыб, лакомых до ее икры, но и петербуржцев.
То тут, то там стоят грубые деревянные ящики, и прямо на улице продавцы отвешивают серебряную корюшку радостным горожанам. Блюдо жареной корюшки – это такая же примета весны, как помятая мимоза и кошачьи вопли под окнами. Как только вода прогревается до 12 градусов, нерест прекращается и корюшка уходит восвояси. Не дай вам Бог оскорбить петербуржца, непочтительно отозвавшись о корюшке. Помните: корюшка – это не просто пища, это ритуал. Вы можете смело признаться в том, что не выносите бифштексы с кровью. Никого не удивит, что с детства вы ненавидите капустный суп. Но если вы обмолвитесь, что не любите жареную корюшку – это будет расценено, как плевок в душу. Один только вздох "эх, пропустил я нынче корюшку"– и петербуржец ваш друг навеки.
Шаверма
Жареные кусочки мяса с овощами и сметанно-томатным соусом в пите или лаваше стали постоянным символом петербургского фаст-фуда. "Крошке-картошке", гениальному изобретению щедрой Москвы, еще тягаться и тягаться с детищем арабских поселений. Шаверма вписалась в быт Петербурга настолько, что и представить трудно, как раньше люди обходились без нее. Ее ругают, ею брезгуют, ее поглощают, ею даже травятся, но она повсюду. Говорят, раньше питерская шавЕрма и вправду резко отличалась от московской шаурмЫ, но теперь различие почти нивелировалось, назовите как угодно – вас поймут. Предприимчивые "шавермены", правда, иной раз говорят, что шаурма заворачивается в лаваш, а шаверма в питу. Знающие люди добавляют, что шаверма (как и шаурма) по-прежнему здорово отличается от ближневосточной "швармы"или "шаурмы", и не в лучшую сторону.
Сахарная трубочка
Один из самых популярных сортов мороженого – это "сахарная трубочка". В Москве его называют "вафельный рожок"и не особенно с него фанатеют. То ли дело эскимо! Но в Питере "сахарная трубочка"– безусловный фаворит.
Пышки-пончики
Их продают в пышечных, вместе с горячим кофе с молоком. Пышки – это такие золотистые колечки из горячего, чуть вязкого и кисловатого теста, густо посыпанные сахарной пудрой, раскаленные, в масле, на тарелочке. Их выносят на алюминиевом подносе из недр кухни и расхватывают мгновенно, потому что холодные пышки уже несъедобны. Раньше они стоили 5 копеек за пышку, а теперь 6 рублей. Избегайте те пышечные, где стоит микроволновка – пышки можно потреблять только в местах их естественного жарения, пышки, разогретые в микроволновке, это жестокая издевка. И не путайте пышки с пончиками! Пончики – это милые округлые булочки с начинкой. Буржуйские пончики называются "донатсы". Иногда пончики поливают красивой цветной глазурью, иногда нет, но отродясь у пончиков не было дырочки. Дырочка у пышек – это знает каждый истинный петербуржец. Вас просто не поймут, если вы попросите себе пяток пончиков в пышечной.
Родная речь
Уходят в преданья старины глубокой специфические нормы речи для разных городов. В Москве все реже говорят "булошная", "дожжи", "коришневый". В Питере нечастно услышишь "восем", "музэй", "конечно", "что". Возможно, на уровне подсознания у нас еще осталась тяга к смягчению (Москва) и твердому произношению (Петербург), но фонетические нормы – штука изменчивая. Но некоторые позиции Город святого Петра не сдает.
- В Питере скажут: мальчик в бадлоне вышел из парадной. В Москве – мальчик в водолазке вышел из подъезда.
- В Питере вам протянут мешок и попросят в ларьке купить буханку хлеба и булку, а москвич возьмет полиэтиленовый пакет и отправится в палатку за батоном белого хлеба и кирпичиком черного.
- В Питере тушат куру с гречей в латочке, а в Москве – курицу с гречкой в утятнице.
- В Питере суп разольют поварешкой, в Москве – половником.
- Питерский хабарик так же недопустим под скамейкой в парке, как и московский бычок под лавочкой в садике.
- И если знакомый петербуржец предлагает вам пойматься по трубе, значит, скоро у вас зазвонит мобильник.
Марина Богдановаwww.vashdosug.ru